Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Картина

В "Дневнике обольстителя" Керкегора есть такой отрывок:

"Есть старинная картина, изображающая Ариадну, которая тревожно вскочила со своего ложа и впилась взором в уплывающий на всех парусах корабль. Рядом с Ариадной стоит Амур с луком без тетевы и утирает слезы. Немного поодаль видна женская фигура с крыльями за плечами и шлем на голове; думают, что она изображает Немезиду <...> Затем, на старой картине на корме уплывающего корабля виднеется мужская фигура, углубленная в какую-то работу; ее считают Тесеем."

Кто-нибудь знает, о какой картине речь?

Одинокий матрос на вахте

"Едва узнаю себя… В моей взволнованной, как море, душе бушует буря страсти. Если бы кто-нибудь мог видеть мое сердце, взлетевшее, как легкий челнок, на самую вершину водяного хребта и готовое низвергнуться с нее в бездну, то подумал бы: еще минута, и пучина поглотит его. Но он не увидит, что на самом верху мачты сидит одинокий матрос на вахте… Бушуйте же, дикие силы, вздымайтесь, мощные волны страсти, бросайте пену к облакам — вы не в силах сомкнуться над моей головой! Я сижу гордо и спокойно, как горный дух на вздыбленной скале!

Я не могу найти точки опоры в моей душе, как чайка, вьющаяся над пенящейся поверхностью моря. Но такое волнение — моя стихия, я созидаю на ней свои планы, как альбатрос вьет гнездо на волнах морских."


С. Керкегор, "Дневник обольстителя", запись от 14 апреля

Дело в правильности линий

Отрывок из "Саги о Форсайтах". Артихектор рассуждает о достоинстве.

"То своеобразное выражение, которым отличалось лицо Босини, когда он загорался чем-нибудь, появилось и сейчас.

— Я хотел выстроить вам дом, который обладал бы... ну, чувством собственного достоинства, что ли! Если вам не нравится, скажите прямо. Обычно мало кто думает об этом — кого интересует чувство собственного достоинства в доме, если можно втиснуть в план лишнюю уборную? — Он ткнул пальцем в левую часть чертежа. — Здесь есть где размахнуться. Вот тут помещение для ваших картин, отделяется от двора портьерами; отдерните их, и у вас будет пространство пятьдесят один на двадцать три и шесть десятых. Вот здесь, в середине, печь — выходит одной стороной во двор, другой — в картинную галерею; эта стена сплошь из стекла, выходит на юго-восток, со двора будет литься северный свет. Часть картин можно развесить в верхней галерее или в других комнатах. В архитектуре, — продолжал он, глядя на собеседника, но словно не видя его, что коробило Сомса, — в архитектуре, так же как и в жизни, без правильности линий не может быть чувства собственного достоинства. Вам скажут, что это старомодно. Странная вещь! Мы никогда не заботимся о том, чтобы сделать наши жилища воплощением основных принципов жизни; мы загромождаем дома обстановкой, всякой мишурой, устраиваем в комнатах какие-то ниши — что угодно, лишь бы развлекало глаз. Глаз должен отдыхать; сумейте добиться эффекта двумя-тремя мужественными линиями. Все дело в правильности линий, без нее вам не добиться чувства собственного достоинства."

(no subject)

Хочу привести отрывок из Стендаля. По-моему, здесь наглядно показано и самоуважение Сореля, и то, как он использует колпачки.

"Часам к трем в библиотеке появился граф Норбер, он зашел просмотреть газету, на случай, если вечером зайдет разговор о политике, и выразил удовольствие видеть Жюльена, о существовании которого он уже успел позабыть. Он был с ним чрезвычайно любезен и предложил ему поехать кататься верхом.
— Отец отпускает нас до обеда.
Жюльен понял, что означало это «нас», и проникся восхищением.
— Ах, боже мой, господин граф, — сказал Жюльен, — если бы речь шла о том, чтобы свалить дерево футов восемьдесят в вышину, обтесать его и распилить на доски, я бы показал себя молодцом, а ездить верхом мне за всю мою жизнь приходилось разве что раз шесть, не больше.
— Прекрасно, это будет седьмой, — ответил Норбер.
Жюльен, вспоминая день встречи короля в Верьере, считал в глубине души, что он превосходно ездит верхом. Но на обратном пути из Булонского леса, на самом бойком месте улицы Бак, он, пытаясь увернуться от кабриолета, вылетел из седла и весь вывалялся в грязи. Счастье, что ему сшили два костюма. За обедом маркиз, желая поговорить с ним, спросил, хорошо ли они прогулялись. Норбер поспешил ответить, сказав какую-то общую фразу.
— Господин граф чрезвычайно великодушен ко мне, — возразил Жюльен. — Я очень признателен ему и ценю его доброту. Он распорядился дать мне самую смирную и самую красивую лошадку, но все же он не мог привязать меня к ней, и из-за отсутствия этой предосторожности я свалился как раз посреди длинной улицы, перед самым мостом.
Мадемуазель Матильда, несмотря на все свое старание удержаться, прыснула со смеху, а затем без всякого стеснения стала расспрашивать о подробностях. Жюльен все рассказал с необычайной простотой, и у него это вышло очень мило, хотя он этого и не подозревал."

"Шар", которым можно подавиться

Бывают ситуации, когда человека хвалит его враг или просто кто-то, кого стоит опасаться. Причем, хвалит демонстративно и несколько преувеличенно. Что-то похожее, например, есть в одном из эпизодов в "Безумцах":



Пит, пользуясь случаем, знакомит своего шефа - Дона - с женой. Дон с несвойственной ему щедростью расхваливает Пита, рассказывая его жене, как он важен для фирмы. Со стороны это выглядит шаром, но есть нюансы:
- Дон не считает Пита хорошим работником и Пит это знает,
- Дон едва ни уволил Пита,
- От Дона никогда не дождешься похвалы. Он вежлив и учтив, но лить медовые речи ради этикета не станет.

Т.е. фактически это крючок и крючок очень черный. Фигура Дона для Пита от такого растет (а она и так велика), но вот становится ли теплее? Вряд ли...

Друзья, а можете что-нибудь подобное вспомнить? Из кино, литературы или собственной жизни. Очень такое люблю.

"Сознание долга, который ему предстояло свершить"

"Наступили жаркие дни. У них завелся обычай сидеть вечерами под огромной липой в нескольких шагах от дома. Там всегда было очень темно. Как-то раз Жюльен что-то с воодушевлением рассказывал, от души наслаждаясь тем, что он так хорошо говорит, а его слушают молодые женщины. Оживленно размахивая руками, он нечаянно задел руку г-жи де Реналь, которой она оперлась на спику крашеного деревянного стула, какие обычно ставят в саду.
Она мгновенно отдернула руку; и тут Жюльену пришло в голову, что он должен добиться, чтобы впредь эта ручка не отдергивалась, когда он ее коснется. Это сознание долга, который ему предстояло свершить, и боязнь показаться смешным или, вернее, почувствовать себя униженным, мгновенно отравили всю его радость."


Вот такая была планка у будущего хищника )

Кстати, если вдруг захотите прочитать "Красное и черное" в переводе, из которого Эволюция приводила отрывок для 11 теста, то вам нужен перевод Боброва и Богословской.

Письмо Веры Печорину

Давайте обсудим письмо Веры Печорину.

У меня недавно по поводу него спор вышел. Мне кажется, что в этом письме у Веры короны почти нет, щипцов почти нет, есть шары и даже крючки и одна небольшая пика. А знакомая моя считает, что сквозь все письмо идет протяжный вой попрошайки. А Вы как считаете? Только давайте в контексте произведения его рассматривать.

И еще такой вопрос. Не находите никаких параллелей с письмом Эстер Люсьену? Я даже не про ситуацию, а про тон письма, его звучание.

Текст письма:

Collapse )

Ужо тебе

В третьем тысячелетье
Автор повести
О позднем Предхиросимье
Позволит себе для спрессовки сюжета
Небольшие сдвиги во времени –
Лет на сто или на двести.

В его повести
Пушкин
Поедет во дворец
В серебристом автомобиле
С крепостным шофёром Савельичем.
Collapse )

Колпачок, проверенный временем

«- Ты, говорят, в эти дни ужасно волочился за моей княжной? — сказал он довольно небрежно и не глядя на меня.

- Где нам, дуракам, чай пить! - отвечал я ему, повторяя любимую поговорку одного из самых ловких повес прошлого времени, воспетого некогда Пушкиным».


Прототипом "ловкого повесы прошлого времени" стал один из ближайших друзей Пушкина Александра Сергеевича (1799 – 1837) - Петр Павлович Каверин (1794—1855). Каверин служил в 1816—1820 гг. в лейб-гусарском полку, расквартированном в Царском Селе. Он прославился веселым нравом и кутежами.

Каверин действительно часто повторял выражение "Где уж нам, дуракам, чай пить", со значением - куда уж нам до Вас. Чай в этой фразе используется потому, что в старину он стоил дорого и пили его только богатые люди.